Будучи слегка помятым,
Говоря чуток невнятно,
И в заношенном костюме,
Мужичок нашел кастрюлю.
Ну, ему так показалось...
Что же там нарисовалось?
Там в кастрюле тыщу лет,
Заколдованый атлет,
Всем желанья исполняет,
Только если наливают.
Ну мужик купил 0,5,
Сразу к джину, чтоб сказать
Что он хочет и когда.
Сколько… или навсегда?
А пока он сладко думал,
Джин бутылочку угрюмал.
Мужика закрыл в кастрюле,
И - на волю – там где люди
Он отправился скорей.
А мужик среди мыслЕй,
И в кастрюле – на ковре,
С кальянОм в одной руке,
Взаперти совсем беспечный,
Он остался там навечно
Говоря чуток невнятно,
И в заношенном костюме,
Мужичок нашел кастрюлю.
Ну, ему так показалось...
Что же там нарисовалось?
Там в кастрюле тыщу лет,
Заколдованый атлет,
Всем желанья исполняет,
Только если наливают.
Ну мужик купил 0,5,
Сразу к джину, чтоб сказать
Что он хочет и когда.
Сколько… или навсегда?
А пока он сладко думал,
Джин бутылочку угрюмал.
Мужика закрыл в кастрюле,
И - на волю – там где люди
Он отправился скорей.
А мужик среди мыслЕй,
И в кастрюле – на ковре,
С кальянОм в одной руке,
Взаперти совсем беспечный,
Он остался там навечно
Он
Член горяч мой и ретив,
Рвёт любой презерватив!
Только в понедельник
Не встаёт бездельник!
От трудов постельных
Спит за всю неделею.
А во вторник вновь готов
Закрутить с любой любовь!
Она
До п…ды мне толщина,
Впрочем, также и длина!
Буйного ристалища
Ждёт моё влагалище!
Не люблю я сачковать,
Боевой плацдарм – кровать!
Приводи ко мне хоть полк –
Покажу им в сексе толк!
Он
Член и правда великан,
Не влезает и в стакан!
От моей залупы
В шоке вся наука!
Она
Проводил мудак доцент
Надо мной эксперимент.
Он теперь в глубокой коме
В сумасшедшем ссытся доме!
После выписки ждёт «мэна»
Должность евнуха в гареме.
Будет женские оргазмы
В микроскоп смотреть зараза!
Он
Если членом долбану,
То корабль пойдёт ко дну!
А яйцо, скажу я вам,
Весит ровно килограмм!
Она
Мне таких вот, блин, торпед
Нужно двадцать на обед!
У меня не клитор – зверь –
Языком своим проверь!
Он
Что там клитор! – я на днях
Трахал бабу на камнях.
Так она в испуге
Выла, как белуга!
Тоже хвасталась сперва,
Что ей нужен метра два.
Засадил ей с тыла,
Память и отшибло!
Она
Попадался мне такой
С огромаднейшей елдой.
Возбудил меня в момент –
Щас в больнице – импотент!
До меня он был амбал –
Гвозди членом забивал!
А сейчас от слова «секс»
Выпадает срочно в стресс!
Он
В зоопарке был напряг –
Нагнала слониха страх.
Кто куда все прятаться –
Хочется ей трахаться!
К ней в вольер я – нет проблем,
Я на всё готовый мэн!
Член она узрела –
Тотчас присмирела!
Член горяч мой и ретив,
Рвёт любой презерватив!
Только в понедельник
Не встаёт бездельник!
От трудов постельных
Спит за всю неделею.
А во вторник вновь готов
Закрутить с любой любовь!
Она
До п…ды мне толщина,
Впрочем, также и длина!
Буйного ристалища
Ждёт моё влагалище!
Не люблю я сачковать,
Боевой плацдарм – кровать!
Приводи ко мне хоть полк –
Покажу им в сексе толк!
Он
Член и правда великан,
Не влезает и в стакан!
От моей залупы
В шоке вся наука!
Она
Проводил мудак доцент
Надо мной эксперимент.
Он теперь в глубокой коме
В сумасшедшем ссытся доме!
После выписки ждёт «мэна»
Должность евнуха в гареме.
Будет женские оргазмы
В микроскоп смотреть зараза!
Он
Если членом долбану,
То корабль пойдёт ко дну!
А яйцо, скажу я вам,
Весит ровно килограмм!
Она
Мне таких вот, блин, торпед
Нужно двадцать на обед!
У меня не клитор – зверь –
Языком своим проверь!
Он
Что там клитор! – я на днях
Трахал бабу на камнях.
Так она в испуге
Выла, как белуга!
Тоже хвасталась сперва,
Что ей нужен метра два.
Засадил ей с тыла,
Память и отшибло!
Она
Попадался мне такой
С огромаднейшей елдой.
Возбудил меня в момент –
Щас в больнице – импотент!
До меня он был амбал –
Гвозди членом забивал!
А сейчас от слова «секс»
Выпадает срочно в стресс!
Он
В зоопарке был напряг –
Нагнала слониха страх.
Кто куда все прятаться –
Хочется ей трахаться!
К ней в вольер я – нет проблем,
Я на всё готовый мэн!
Член она узрела –
Тотчас присмирела!
Мне снилась грудь – одна, большая,
Не грудь, пожалуй, а гора!
И вечный кайф ей обещая,
На приступ шёл я под «ура»!
Я полз к вершине – там награда:
Сосок, поверьте мне, с арбуз!
Но видел я – мне грудь не рада,
Не великан я – карапуз.
От вожделенья задыхался,
Сопел и брызгался слюной…
К соску отчаянно я рвался –
Он поражал величиной!
Грудь подо мною колыхалась –
Её охватывал озноб.
Она вовсю помочь старалась –
Мужик я всё же, не микроб!
Нет, не прошли старанья даром –
Свою ей страсть я передал.
Грудь, как вулкан, дыхнула жаром,
Сосок, как факел, запылал!
Дополз я к цели вожделенной
И впился яростно в сосок.
Открылся клад в нём сокровенный –
Нектар любви мне в рот потёк.
Мы вновь и вновь воспламенялись,
Оргазмы сотрясали нас.
Как можно дольше мы старались
Продлить пронзительный экстаз.
И грудь, и я – как гармоничен
И эротичен наш союз!
Размер груди не ограничен –
Для страсти это – главный плюс!
Кого и вишни возбуждают,
Кто ловит кайф от пары дынь.
Любой размер нас вдохновляет,
А вкус у всех послаще вин!
Свой сон запомнил я навеки,
И грудь живёт в моих мечтах.
Пусть мне завидуют калеки –
Они не сладят с ней и в снах!
Не грудь, пожалуй, а гора!
И вечный кайф ей обещая,
На приступ шёл я под «ура»!
Я полз к вершине – там награда:
Сосок, поверьте мне, с арбуз!
Но видел я – мне грудь не рада,
Не великан я – карапуз.
От вожделенья задыхался,
Сопел и брызгался слюной…
К соску отчаянно я рвался –
Он поражал величиной!
Грудь подо мною колыхалась –
Её охватывал озноб.
Она вовсю помочь старалась –
Мужик я всё же, не микроб!
Нет, не прошли старанья даром –
Свою ей страсть я передал.
Грудь, как вулкан, дыхнула жаром,
Сосок, как факел, запылал!
Дополз я к цели вожделенной
И впился яростно в сосок.
Открылся клад в нём сокровенный –
Нектар любви мне в рот потёк.
Мы вновь и вновь воспламенялись,
Оргазмы сотрясали нас.
Как можно дольше мы старались
Продлить пронзительный экстаз.
И грудь, и я – как гармоничен
И эротичен наш союз!
Размер груди не ограничен –
Для страсти это – главный плюс!
Кого и вишни возбуждают,
Кто ловит кайф от пары дынь.
Любой размер нас вдохновляет,
А вкус у всех послаще вин!
Свой сон запомнил я навеки,
И грудь живёт в моих мечтах.
Пусть мне завидуют калеки –
Они не сладят с ней и в снах!
Не тратьте жизнь свою на тех, кто вас не ценит,
На тех, кто вас не любит и не ждёт,
На тех, кто без сомнений вам изменит,
Кто вдруг пойдёт на "новый поворот".
Не тратьте слёз своих на тех, кто их не видит,
На тех, кому вы просто не нужны,
На тех, кто, извинившись, вновь обидит,
Кто видит жизнь с обратной стороны.
Не тратьте сил своих на тех, кто вам не нужен,
На пыль в глаза и благородный понт,
На тех, кто дикой ревностью простужен,
На тех, кто без ума в себя влюблён.
Не тратьте слов своих на тех, кто их не слышит,
На мелочь, не достойную обид,
На тех, кто рядом с вами ровно дышит,
Чьё сердце вашей болью не болит.
Не тратьте жизнь свою, она не бесконечна,
Цените каждый вдох, момент и час,
Ведь в этом мире, пусть не безупречном,
Есть тот, кто молит небо лишь о вас!
На тех, кто вас не любит и не ждёт,
На тех, кто без сомнений вам изменит,
Кто вдруг пойдёт на "новый поворот".
Не тратьте слёз своих на тех, кто их не видит,
На тех, кому вы просто не нужны,
На тех, кто, извинившись, вновь обидит,
Кто видит жизнь с обратной стороны.
Не тратьте сил своих на тех, кто вам не нужен,
На пыль в глаза и благородный понт,
На тех, кто дикой ревностью простужен,
На тех, кто без ума в себя влюблён.
Не тратьте слов своих на тех, кто их не слышит,
На мелочь, не достойную обид,
На тех, кто рядом с вами ровно дышит,
Чьё сердце вашей болью не болит.
Не тратьте жизнь свою, она не бесконечна,
Цените каждый вдох, момент и час,
Ведь в этом мире, пусть не безупречном,
Есть тот, кто молит небо лишь о вас!
Как-то помню на пляжу
Я в купальнике лежу.
Вдруг подруга в бок толкнула
И рукою в бок махнула.
Я гляжу - блин, эталон -
Шварц, Ван Дам, Ален Делон,
Тело - во! Загар на коже,
Даже мысль видна на роже.
Опускаю взор и вижу -
То, что видеть нужно ниже...
Блин, эротики кусок...
(Челюсть падает в песок)
А подруга с придыханьем:
- Тань, ты обрати вниманье!
Там см наверно 30!...
Это блин тебе не Витас...
Тут герой в песок садится...
В плавках нервно шебуршится...
(Замер на пляжу народ...)
И из плавок достает...
Сигареты прямо в пачке,
Деньги (словно из заначки)
Зажигалку и флакон
Пол-литровый с коньяком...
Плавки вмиг на нем опали...
Слышал б ты как бабы стали
С тихим стоном, с дрожью ног
Вновь ложиться на песок...
Я к подруге повернулась,
Ей лукаво улыбнулась
И сказала:"Верь рукам.
Щупай! Но не верь глазам
Я в купальнике лежу.
Вдруг подруга в бок толкнула
И рукою в бок махнула.
Я гляжу - блин, эталон -
Шварц, Ван Дам, Ален Делон,
Тело - во! Загар на коже,
Даже мысль видна на роже.
Опускаю взор и вижу -
То, что видеть нужно ниже...
Блин, эротики кусок...
(Челюсть падает в песок)
А подруга с придыханьем:
- Тань, ты обрати вниманье!
Там см наверно 30!...
Это блин тебе не Витас...
Тут герой в песок садится...
В плавках нервно шебуршится...
(Замер на пляжу народ...)
И из плавок достает...
Сигареты прямо в пачке,
Деньги (словно из заначки)
Зажигалку и флакон
Пол-литровый с коньяком...
Плавки вмиг на нем опали...
Слышал б ты как бабы стали
С тихим стоном, с дрожью ног
Вновь ложиться на песок...
Я к подруге повернулась,
Ей лукаво улыбнулась
И сказала:"Верь рукам.
Щупай! Но не верь глазам
Балкон открыт, горит огонь в груди,
Стою я страстно серенады воя:
«О, выходи, родная, выходи!»
Но нет, ты не выходишь из запоя...
Стою я страстно серенады воя:
«О, выходи, родная, выходи!»
Но нет, ты не выходишь из запоя...
Я пригласил вас на обед
И после супа
Принес на блюде для котлет
Кусочек трупа.
Мадам! Оставим светский тон.
Вы не ребенок.
Кусочек трупа — это он,
Мой поросенок.
Давно такого я искал.
Он был веселый.
Его кормил я и ласкал
По спинке голой.
Он одного меня любил,
И каждый вечер
Бывало крикнешь: «Феофил!» —
Бежит навстречу.
Но я убил его ножом
Для милой гостьи.
И тело мертвое обжег.
И вынул кости.
И вот, возвышенно-тонка,
Твердя о Глинке,
Вы проглотили три куска
Покойной свинки.
Ну что ж, доешьте до конца,
Мой ангел милый,
А я такого мертвеца
Глотать не в силах.
И после супа
Принес на блюде для котлет
Кусочек трупа.
Мадам! Оставим светский тон.
Вы не ребенок.
Кусочек трупа — это он,
Мой поросенок.
Давно такого я искал.
Он был веселый.
Его кормил я и ласкал
По спинке голой.
Он одного меня любил,
И каждый вечер
Бывало крикнешь: «Феофил!» —
Бежит навстречу.
Но я убил его ножом
Для милой гостьи.
И тело мертвое обжег.
И вынул кости.
И вот, возвышенно-тонка,
Твердя о Глинке,
Вы проглотили три куска
Покойной свинки.
Ну что ж, доешьте до конца,
Мой ангел милый,
А я такого мертвеца
Глотать не в силах.
Продавщица Соня,
Полная вина,
Вы опять спросонья
Нас послали на...
Синий цвет халата,
Алый цвет бровей,
Вы не виноваты
В грубости своей.
Вы стоите плотный
Кукиш закрутив —
Это не сработал
Школьный коллектив.
Вы в горячем споре
Обнажили зад —
Этим опозорен
Детский комбинат.
Если б вас с отрядом
Повели в музей.
Вы теперь навряд ли
Пили бы портвейн.
Если б в руки лобзик
Вам дала страна,
Разве б вы сегодня
Нас послали на?
Без кружков от ЖЭКа
Долго ль до беды?
Сонечка! Вы — жертва
Пагубной среды.
Полная вина,
Вы опять спросонья
Нас послали на...
Синий цвет халата,
Алый цвет бровей,
Вы не виноваты
В грубости своей.
Вы стоите плотный
Кукиш закрутив —
Это не сработал
Школьный коллектив.
Вы в горячем споре
Обнажили зад —
Этим опозорен
Детский комбинат.
Если б вас с отрядом
Повели в музей.
Вы теперь навряд ли
Пили бы портвейн.
Если б в руки лобзик
Вам дала страна,
Разве б вы сегодня
Нас послали на?
Без кружков от ЖЭКа
Долго ль до беды?
Сонечка! Вы — жертва
Пагубной среды.
Вернулся муж и сразу — в крик.
Жена — за неотложкой.
К окну прижал меня мужик.
Я сиганул в окошко.
Соседи думали — мираж.
Решила — мусор! — урна.
За этажом мелькал этаж.
Как эта жизнь сумбурна!
Жена — за неотложкой.
К окну прижал меня мужик.
Я сиганул в окошко.
Соседи думали — мираж.
Решила — мусор! — урна.
За этажом мелькал этаж.
Как эта жизнь сумбурна!


