Еврей — это тот, кого другие считают евреем.
Кто еврей, а кто не еврей, решаю я.
Еврей таков же, как и всякий другой человек, только в большей степени.
Еврей — это то, что мы сделали из него.
Евреи добиваются превосходства лишь потому, что им отказано в равенстве.
Пессимизм — это роскошь, которую евреи не могут себе позволить.
Еврей должен быть золотом, чтобы сойти за серебро.
Еврей Фульд избран в парламент. Я очень рад этому; значит, равноправие евреев вполне осуществилось. Прежде только гениальный еврей мог пробиться в парламент; но если уж такая посредственность, как Фульд, пробивается, — значит, нет больше различий между евреями и неевреями.
Где два еврея, там три мнения.
Я вам больше скажу: даже открытие Америки финансировали еврейские банкиры.
